?

Log in

No account? Create an account

NEVER FORGET

не знаешь, что сказать, говори правду

Previous Entry Share Flag Next Entry
Основная функция украинской квазивышиванки
amp_amp
"В игре с переодеваниями платье замещает собою человека..."
(Ролан Барт, французский философ, семиотик)

Текст немного запоздал. Ко дню вышиванки он бы был более кстати. Но всё-таки вышиванка – вещь неподвластная времени, а значит говорить о ней можно вечно.

Как мы уже заметили, очередной день вышиванки на Украине прошёл с традиционным размахом. Можно сказать без преувеличения, что весь мир, затаив дыхание, следил за многомиллионными маршами нарядных вышиванок и вышиванов. Нет сомнения, что данный праздник единения украинского народа – это необыкновенно сильный удар по соседней стране-агрессору. Ведь доподлинно известно, что не только лишь всякий народ имеет свои национально вышитые рубахи – мало, кто их имеет. Всем остальным народам, хоть и имеющим похожие вышиванки в своем обиходе, но явно не способным достичь высоко заданных украинских стандартов, остается только кусать себе локти, наблюдая, как укровышиванка победно шествует по планете.




Но вот фанфары стихли и можно спокойно вспомнить прошлое этого украинского символа и сравнить со временем настоящим.

Некоторое время назад мне посоветовали прочитать статью украино-канадского историка Сергея Екельчика. Я последовал этому совету и не был разочарован. Статья действительно интересная. Нельзя сказать, что она посвящена исключительно украинской вышиванке, но в качестве элемента национальной одежды, несущего определенные функции, она там присутствует не на последних местах.



Как вы уже поняли из названия, речь идёт о 19-м веке. Но, тем не менее, читая эту статью, я не мог отделаться от ощущения, что всё это повторяется до сих пор. Поэтому предлагаю сравнить отношение к национальной одежде украинофилов 19-го века с отношением украинцев века 21-го. Это занятно и приводит к достаточно неожиданным выводам.

Но для начала давайте подумаем, а как мы, россияне, относимся ко всем этим проявлениям выражения национальных чувств и украинского патриотизма? Чаще всего нашу реакцию можно выразить одним словом – «недоумение». Нам трудно понять все эти пляски с бубном вокруг вышиванок, трезубов, оселедцев и прочих внешних символов украинства. Нам смешно наблюдать, как свидомые пытаются выкрасить весь мир вокруг себя в живто-блакитное, включая заборы и мусорные урны. Создается впечатление, что они метят территорию, как ошалевший кот во время полового созревания?  Причём, мы бы и не заметили всего этого, если бы сами украинцы постоянно не оголошали свою очередную перемогу над нами. В чём смысл всего этого?

Но нам этого не понять. Могу сразу успокоить, в основной своей массе мы этого не понимали и в 19-м веке. По крайней мере, об этом говорит красноречивый отрывок из статьи Сергея Якельчика. Эта, и все дальнейшие цитаты взяты именно оттуда. Ссылка на статью целиком, по традиции, в конце поста. Прочитайте, не пожалеете. Итак, о непонимании…


Особый интерес в этом свете представляет происшествие, случившееся в конце 1870-х гг. в Херсонской губернии, когда через нее проезжал император Александр  II. В пути на каждой остановке сельские власти должны были, по старой традиции, встречать царя хлебом-солью. Хлеб и соль было принято подавать на белом холсте, однако местные украинофилы добились того, чтобы одно такое полотенце было вышито в украинском национальном стиле. Они очень гордились этой маленькой победой. Для них вышивка обозначала сохранение непрерывности национальной традиции и своеобразие их народа, его отличие от других. Однако, по всей видимости, Александр II не понял намека: для него, как и для подавляющего большинства современников, вышитый рушник не имел никакого самостоятельного смысла - он был лишь частью более сложного символа "хлеб-соль на полотенце", основная смысловая коннотация  которого, несомненно, соответствовала приветствию. Более того, даже украинофилы из других мест, не знавшие всех подробностей  и тайных замыслов участников акции, вполне могли интерпретировать эпизод с подношением хлеба-соли на рушнике главному гонителю украинского  национального духа как позорную демонстрацию преданности престолу. Действительная смысловая коннотация этого знака была известна лишь небольшой группе непосредственных участников этого события и, значит, существовала только для них.

То есть, вполне очевидно, что мы не понимали всех этих проявлений национальных чувств украинофилов в 19-м веке и не понимаем их сейчас. В этом плане ничего не изменилось. Мы грубые и прагматичные. Вышиванка для нас – рубаха, а урна остается урной независимо от патриотичности её расцветки. А ведь где-то рядом с нами, в параллельной вселенной, существует тонкий возвышенный мир украинских перемог. И этих перемог бесчисленное множество. Просто мы их не видим, ибо, как и в случае с рушником для Александра II, эти перемоги существуют исключительно для самих украинофилов.

Вообще, от статьи Сергея Якельчика остается двойственное ощущение. С одной стороны Сергей, как истинный украинец не забывает поплакаться о том, как царская Россия угнетала украинцев, старясь «не допустить превращения украинской народной культуры, связанной с деревенским миром, в современную национальную культуру», но с другой всё, что он написал об украинофилах 19-го и их попытках украинского национального возрождения, выглядит достаточно комично и зрадно.

По словам Якельчика, украинофилам в то время не оставалось ничего, кроме как выражать свою идентичность, используя исключительно пространство своего тела. Т.е. убранство дома, еда, питье, ну и, конечно же, одежда. Именно с помощью этих предметов украинофилы выражали свои национальные и оппозиционные чувства.

Да-да, даже поедая галушки, настоящий украинофил выражал свой гневный протест против москальского гнета. Я не шучу. В статье Якельчика описывается подобный «галушковый патриотизм». Но мы вернемся к теме одежды и подавлению национальных чувств украинцев 19-го века.


…в некоторых отношениях украинофильство можно рассматривать как классический пример нативистского движения, возникающего как коллективный ответ на угрозу поглощения нации чужой господствующей культурой.

Запомните это выражение: «чужая господствующая культура»!

Что ж, соглашусь с Сергеем. Русская культура действительно являлась господствующей на территории Российской империи. Вот только не стоит считать, что русскую культуру навязали народу насильно. Нет. Никто не принуждал ни русских, ни иностранцев читать Достоевского и Толстова, но они стали известны всему миру. Русская культура стала господствующей именно благодаря таланту своих писателей, художников и композиторов, а также русскому языку и менталитету. Нелепо было бы ожидать, что хуторские частушки смогут на равных конкурировать с оперой Чайковского. Так и хуторская украинофильская культура оказалась не в состоянии конкурировать с культурой русской. Тот же Гоголь, несмотря на своё малороссийское происхождение, стал частью именно русской культуры. Позволило бы малороссийское наречие проявить его талант, как это позволил русский язык? Сомневаюсь в этом.

Украинофилам 19-го века просто не оставалось ничего другого, как выражать свой национализм исключительно внешними признаками. Не можешь быть умнее, добрее, смелее? Сделай себя не похожим на других более простыми способами. И они сделали то, на что их хватило.


Украинофилы  - как мы попытаемся показать ниже - не могли и не хотели заниматься воссозданием подлинного исторического  прошлого своей нации или перенимать у крестьян их образ жизни. Они сосредоточились лишь на отдельных сознательно отобранных ими элементах традиционной культуры. К рассматриваемому периоду эти элементы уже были более или менее приведены в систему и осмыслены украинофилами в соответствии со своей национальной мифологией.

…традиции, изобретенные украинофилами в период между 1860 и 1900 гг., объединяли две парадигмы украинской национальной мифологии - казацкую (которая, в частности, служила доказательством исторической легитимности украинского  национального возрождения) и крестьянскую (стоявшую ближе к народничеству). Как мы покажем ниже, эти традиции  включали в себя элемент игры, но претендовали на аутентичность.

Показательно, не правда ли? В основу построения украинской нации украинофилы положили мифы. Наплевать, как было на самом деле, важно лишь то, как хочется, чтобы было. И, конечно же, обязательным условием было подчеркивание разницы с нами, русскими.

…народный костюм был внешним выражением его идеологии, его оппозиционных настроений. Целью героя было не только обозначить свою национальную идентичность - риторика его монолога также направлена на то, чтобы выработать особый дискурс одежды, в котором утверждалось бы отличие украинской нации от колонизаторов.

Колонизаторы, это мы, русские. Вы же, надеюсь, не забыли, что автор статьи вполне свидомый украинец? Хотя уже то, что автор признает построение украинства именно на отрицании русскости, уже достаточно ценный факт.

Демонстрация своего отличия, "инаковости" при помощи костюма легко расшифровывается в категориях бинарных оппозиций - "Россия - Украина", "империя - нация", "колонизатор - колония", которые веками определяли интеллектуальную жизнь в Украине. Если колонизатор одет в сюртук или мундир (одежда, очевидно лишенная национальных  особенностей),  то истинный  патриот должен отказаться от этого "интернационального" платья, используя какие-то элементы национального костюма.

Причём украинофилы, как начали с мифов исторических, так и закончили мифами маскарадными, так как чаще всего их «национальная одежда» национальной не являлась. Её основное призвание было – выглядеть национальной и непохожей на одежду москалей.

Наконец, ряд украинофилов, в том числе и сами Старыцький и Лысенко в молодости, имели в своем распоряжении два национальных костюма:
«После долгих и серьезных споров мы решили, что нам нужно, во-первых, обзавестись по крайней мере двумя [костюмами]: для будней чумарка из плотной темно-коричневой ткани с кожаной отделкой и серые шаровары, а для праздников  - тканые жупаны, шаровары синего бархата и шелковые шали вместо пояса
Эти два костюма - один квазикрестьянский, а другой квазиказацкий - по мере возможности выражали двойную природу украинофильской идеологии.

А вот и про вышиванку. Вся её популярность объясняется лишь удобностью использования одновременно с «костюмом колонизатора».

Однако в последней трети XIX в. в повседневном обиходе украинофилы предпочитали выражать свои национальные чувства при помощи только одного лишь элемента национальной одежды - традиционной вышитой рубахи, которую можно было носить с современным европейским костюмом.

Сергей Якельчик хоть и переживает по поводу подавления украинского самосознания царским правительством, всё же достаточно ясно описывает отношение самого «угнетаемого» народа к подобным проявлениям украинофильства со стороны украинской интеллигенции.

Однако стремление этих молодых людей превратить смысловую  коннотацию  своего народного костюма (означавшую: "Я - украинофил") в прямой денотат ("это - крестьянская одежда") в подавляющем большинстве случаев не имело успеха. Атмосфера таких "хождений в народ" прекрасно передана в одном из рассказов Агатангела Крымського:
Сразу после обеда Присташенко обрядился в украинскую рубаху, подпоясался кушаком и надел на голову папаху. Он одевался для поездки в село Бочаривка. Театральность не только не смущала молодого человека, но напротив, очень нравилась ему и поднимала его дух. Он чувствовал себя как будто вознесшимся над своей обычной, прозаической повседневной жизнью.

И позднее, в крестьянской хате:
Он уже собирался встать и уйти, когда хозяйка обратилась к нему: "Вы, верно, бурсак, так?". "Нет", - ответил Олесь, почти оскорбленный. "Так, значит, барчук?", - снова спросила баба, с сомнением разглядывая его шапку и весь его облик.

В конце концов крестьяне принимают молодого украинофила за вора и избивают его.
Михайло Старыцький сообщает о бытовавших среди стариков-крестьян объяснениях, почему украинофилы носят народный костюм. По одной версии, царь наказал бывших помещиков за угнетение крестьян, обязав их носить "обыденную одежду". По другой версии, переодетые господа были на самом деле царскими лазутчиками.

Очень жаль, что Сергей Якельчик в своей статье не поднял вопроса: а нужно ли было это возрождение украинского самосознания самому малороссийскому народу? Принесло ли оно ему счастье? Действительно ли необходимо отдельное антирусское государство для того, чтобы носить квазивышиванку, есть галушки и разговаривать на хуторских наречиях? Вроде, ничего из этого Россия своим народам не запрещала.

Видимо, Сергей, как истинный украинец, этими вопросами не задается, подразумевая, что ценность украинства заключена сама в себе.
Ну и заканчивает Сергей свою статью так:


Можно сказать, что в 1860-е -1890-е гг. антиколониальное тело украинского  патриота барахталось в волнах колониальной культуры. Пытаясь удержаться на плаву, украинофилы вырабатывали новый коммуникативный код, состоящий из определенных функций-знаков. Этот код был нужен им для передачи нового содержания - конструктивной национальной мифологии,  способной объединить всех украинцев. Однако аудитория, воспринимающая это сообщение, была еще слишком мала, а ее национальное самосознание  слишком слабо развито. Только сформировавшееся в начале ХХ в. новое поколение украинской интеллигенции смогло при помощи знаковой системы украинофилов воспринять и усвоить эту мифологию. Используя новую социальную инфраструктуру,  появившуюся  после общественных реформ 1905 г., это поколение распространило её дальше в массы и, таким образом, заложило основу для событий 1917-1920 гг., которыми и завершился этот этап украинского  национального возрождения.

Что ж, вполне самокритично и правдиво. Спасибо Сергею за интересную статью.

А теперь давайте посмотрим, что же изменилось с 19-го века? И я вижу в этом сравнении большую зраду для свидомых, ибо на деле не поменялось ничего!

Да, украинофилов стало неизмеримо больше и они стали более агрессивны. Они даже получили своё почти независимое украинофильское государство с карательным аппаратом для инакомыслящих. Украинофилы официально признаны всем миром, как отдельная нация, а украинофильская мова, как самостоятельный язык. Украинофильские СМИ позволяют громко выражать своё украинофильство, пользуясь при этом всеми средствами, не ограниченными пространством исключительно своего национального тела.

Ну, так почему они продолжают пользоваться национальными мифами, созданными украинофилами 19-го века? Что же заставляет их до сих пор рядиться в квазивышиванки, выставляя напоказ свою «инаковость» к русским? Почему все проявления украинофильства сводятся опять же к этим знакам-функциям и пространству своего тела (ну или до куда дотянется рука этого тела, вооруженная кисточкой с желто-голубой краской)?

А всё дело в том, что ни черта не изменилось с 19-го века на Украине. Украинофилам по-прежнему приходится усиленно доказывать всем, что они не русские. Они по-прежнему барахтаются в могучих волнах русской культуры. И эта русская культура по-прежнему господствующая на Украине. Вот только вопрос, насколько она чужая, если даже 70 лет советского украинофильства и 25 лет украинофильства самостийного не смогли её переломить в свою пользу?

Вот и выходит, что основная функция украинской квазивышиванки ни капли не изменилась с 19-го века. Это по-прежнему не совсем рубаха, а элемент конструктивной национальной мифологии, призванной объединить всех украинцев. Квазивышиванка, заменяющая собой людей.

А пока… Как показывают новости с Украины, ряженых украинофилов там и сегодня регулярно бьют, как это делали в 19-м веке.

Зрадную какую-то статью написал этот свидомый канадо-украинский историк. Уж не кремлевская ли консерва этот Сергей Якельчик.
Даю ссылку на полную статью. Почитайте, не пожалеете. Осторожно, там PDF-файл.

"Человеческое тело и национальная мифология: некоторые мотивы украинского национального возрождения XIX века"





promo amp_amp june 22, 2016 07:02 52
Buy for 20 tokens
Очередная попытка понять особую форму логики свидомо настроенных украинцев, т.е. укрологики, которая, как известно, с общечеловеческой логикой слабо соотносится. Предыдущие попытки были здесь и здесь. Вопрос – откуда взялось такое количество украинцев в русской Малороссии, если до…

  • 1
кстати, а кто определяет узор вышиванок в конкретных регионах ?

Полагаю, что традиции. Как и в вышиванках других народов.

а какая традиция может быть в Крыму, который до 1954 года никогда никакого отношения к Украине не имел, мало того, даже Грушевский с гоп-компанией на него претензий не предъявлял ?

То же и о Донецке с Мариуполем.

С другой стороны, вроде как бы должны быть оригинальные воронежские и кубанские вышиванки, нет ?

Есть и кубанские. Про воронежские не в курсе, но полагаю, что есть.
А в Крыму всегда жило куча народов - армяне, греки, русы и т.д. У всех есть свои традиции вышивания, включая татар.

  • 1